Главная > Век КП > «Красный сундучок» Владимира Шишкина

«Красный сундучок» Владимира Шишкина

Репортёр, который ходил на волка и спасал зайцев, писал о космонавтах и дарил цветы Наине Ельциной, издал за свой счёт книгу о вятских учёных и их открытиях.

Он родился почти на сцене. И мама, Нина Григорьевна Анисимова, и папа, Иван Александрович Шишкин (светлая им память!), были прирождёнными актёрами и драматургами. Весь жизненный уклад и логика семейного бытия Шишкиных  подчинялись театру, и, следуя законам жанра, Владимиру, когда парень подрос, выпадала прямая дорожка в театральное училище.

Он же выбрал журналистику, и этот выбор нельзя назвать ни случайным, ни неожиданным.

Когда-то отец, работая актёром в театре русской драмы в Харькове, тогдашней столице Украины, активно сотрудничал с еженедельно выходившей здесь театральной газетой (кстати, единственной в Советском Союзе). Литературной деятельностью он занимался всерьёз и до последних своих дней. Публиковал в разных изданиях очерки, рассказы, фельетоны. Кировчане знали Ивана Александровича не только как актёра  областных театров драмы и юного зрителя, но и как автора многих пьес, и особенно исторической  повести «Хлыновцы».

Так или иначе, 9 августа 1967 года обаятельный молодой человек Владимир Шишкин, успешно окончивший журфак ЛГУ – одного из лучших вузов страны, органично влился в творческий коллектив редакции газеты «Кировская правда» в качестве младшего литсотрудника. Тогда он ещё не знал, что врастёт в газету с ног до головы и другой в его судьбе уже не будет.

Такой далёкий и такой близкий 1967-й изобиловал знаковыми событиями: страна перешла на пятидневную рабочую неделю, а армия – с трёхгодичного срока срочной службы на двухгодичный,  в Боливии убит Эрнесто Че Гевара, журнал «Москва» завершил публикацию культового романа «Мастер и Маргарита». Страна готовилась торжественно отметить 50-летие Октября, а газета «Кировская правда» –  свой полувековой юбилей.

Лебединая песня

Дома у Шишкина в комнате, где проходил разговор, от пола до потолка нас окружали книги, и именно они, со вкусом и любовью собранные в гигантскую домашнюю библиотеку, были молчаливыми его участниками. Впрочем, не такими уж молчаливыми.

Даже разговор с них и начался. У Владимира Ивановича два года назад вышла книга  «Наука пребудет вечно!», которую он считает своей лебединой песней.

«Получилось так, что ни в «Кировской правде», ни в других вятских СМИ никто и никогда всерьёз не замахивался на научные темы. Не знаю, почему. Может, потому что такой материал давался труднее, чем, предположим, отчёт с партсобрания. Так или иначе, я оказался единственным творцом этой тематики. Я вёл в газете рубрику «В лабораториях учёных» и сделал выборку из своих публикаций. Материала набралось на книгу».

Однако издать книгу оказалось гораздо труднее, чем её написать. Требовались немалые деньги. Довольно скромный семейный бюджет Шишкиных в основном уходил на медикаменты и лекарственные препараты, которые в начале двухтысячных стали для Владимира первой жизненной необходимостью. Пару лет назад, казалось,  появился реальный шанс – департамент образования областного правительства организовал грантовый конкурс на поддержку лучших произведений для школьников.

Признаюсь, я был одним из тех, кто читал книгу ещё в рукописи и писал на нее, как председатель Союза журналистов Кировской области, отзыв. Работа производила сильное впечатление. Будь моя воля, рекомендовал бы её для обязательного чтения учащимся старших классов. К сожалению, члены конкурсной комиссии отдали предпочтение другому проекту.

«Кое-как мы с женой Светланой, моим соавтором, наскребли несколько тысяч и издали книжку за свой счёт тиражом всего в 100 экземпляров. А издав, подумали: «Бизнеса на ней не сделаешь» . И отдали тираж милой Герценке – бесплатно, для районных библиотек. Насколько я знаю, они там уже прижились.
И ещё очень рад, что эта книга вышла вообще. Могло случиться так, что научные достижения, о которых я когда-то рассказал на страницах «Кировской правды», остались бы без внимания и были забыты, поскольку тема вятской науки, повторюсь, и раньше мало кого интересовала, не очень-то в почёте и сейчас».

Когда последняя страница – главная

Отдел информации в иные дни напоминал растревоженный улей. Дверь сюда почти не закрывалась. Заходили фотографы, внештатные авторы, дежурный по номеру…

«Мы с Петром Злыгостевым (тоже сотрудником отдела. – В. С.) однажды подсчитали, сколько раз за день она распахнётся. Оказалось – 60».

В отдел по телефонным проводам и в почтовых конвертах стекались новости с разных концов области, здесь шло рабочее планирование и обсуждение тем будущих репортажей и интервью, рождались необычные идеи.

«Информаторам» везло – им не приходилось бороться за «место под солнцем» – последняя, четвёртая, страница каждого номера отдавалась в их распоряжение.  Проблема как раз была в другом: именно с четвёртой полосы читатели, как правило, начинали читать прессу. А значит, она должна быть самой интересной и содержательной.

«Со Злыгостевым мы должны были ежедневно «закрывать» её материалами. И не случайными, а хорошего качества. Не скажу, что это было легко – продукции выдавать приходилось много, и практически вся она шла с колёс. Силёнок не хватало. И тогда  решили привлечь внештатных авторов: среди читателей нашлось немало тех, кто хотел бы писать в газету на постоянной основе. Бросили клич. В результате с нами сотрудничали врачи, учителя, милиционеры и даже дворники. Образовался актив, для которого мы организовали репортёрский ликбез. В итоге, когда созвали первый съезд внештатных корреспондентов (редактор Г.Т. Фокин частенько ворчал по поводу нехватки внештатных авторов), было разослано более 120 приглашений.  Пришли, конечно, не все, человек 30-40, но всё равно это был прорыв. Мы сумели донести до людей, что писать в газету – это престижно. Кстати, из коротких штанишек  внештатников выросли впоследствии в настоящих профессионалов и Александр Иванов, и Виктор Чудиновских, и Вера Ануфриева, и Ирина Квятковская…»

Интервью c Андрианом Николаевым.

Держать марку

Когда в 1977 году по окончании журфака МГУ я приехал на работу в «Кировскую правду», Шишкин в газете уже был «звездой». Разумеется, тогда такого понятия не существовало, но то, что авторитет главной газеты области держится, прежде всего, на журналистах от Бога – Валентине Домрачеве, Юрии Смолине и Владимире Шишкине, не заметить было нельзя.

Именно в те годы появилось на свет любимое детище Шишкина – страница «Красный сундучок», которую «информаторы» выпускали по воскресеньям. В «Сундучке» накапливалось самое любопытное: открытия, истории, встречи, находки, странствия, увлечения… Журналисту надо было лаконично, в сотне газетных строк, рассказать об этом. Страница отличалась от других не только оригинальным содержанием и необычной вёрсткой, но и хорошим слогом. Показатель популярности – в киосках тираж газеты с «Сундучком» обычно расходился уже к обеду.

Напечататься в «Сундучке» было почётно – на страницу, как правило, попадали только оригинальные или изысканные заметки. И отдел держал марку, не снижая требований к авторам и текстам многие годы.

«Информаторы» придумывали акции, которые были интересны не только читателям, но и самим журналистам. Помню, как однажды определили они четыре крайние точки на карте области и, памятуя о том, что наш регион, как и дом, стоит на четырех углах, разъехались (поездом, автобусом, самолётом, а местами – на перекладных) в командировки в самые северный, западный, южный и восточный населённые пункты. Вернувшись, рассказали в репортажах о том, как выглядят эти вятские «углы», чем занимаются и как живут там земляки.

А природоохранная акция «Земля. Вода. Воздух» в конце семидесятых о чистоте природных ресурсов Вятки! Тогда журналисты, учёные и вятские медики впервые на конкретных исследованиях, цифрах и фактах обозначили масштаб проблемы экологической безопасности в регионе.

«Ура! Наш ученик в космосе!»

Для репортёра Шишкина принципиально важно быть первым, работать не просто оперативно, а на опережение. Этому, наверно, нельзя научиться, это должно быть в крови. Без этого трудно считать себя профессионалом. И Шишкин в своих лучших публикациях, как правило, был не просто первым, а открывателем: свежих, не затасканных тем и новых газетных героев. А иногда и организатором событий, которым суждено стать информационным поводом.

«1982 год. Узнаём – в космосе экипаж с нашим земляком Александром Серебровым. Срочно идем с Еленой Любовиковой (мы тогда работали в одном отделе) за репортажем из 14-й кировской школы, где учился космонавт и где, по нашему представлению, вот-вот должен начаться митинг, посвящённый бывшему ученику. Приходим, а в школе – тишина, никого, кроме директора А.И. Стремоуховой, нет. Всё объяснимо – август, лето, каникулы. А нам-то репортаж в завтрашний номер нужен. Вот и пришлось организовывать митинг самим. Разыскали председателя пионерской дружины, школьных активистов. Те начали обзванивать учеников, которые в городе, а Стремоухова – учителей. В школе нашёлся кусок ватмана, мы с Еленой купили тушь, а подоспевший коллега из газеты «Комсомольское племя» Сергей Дубровин, как умел, создал плакат: «Ура! Наш ученик в космосе!». Вышли на улицу. Нас сначала было немного – небольшая группа. Потом примкнули учителя и  школьники, проходившие летнюю практику. Присоединился десяток зевак и прохожих, которым хотелось понять, что тут происходит. Словом, собрали перед школой человек 50-60, и начался импровизированный митинг. А наутро «Кировская правда» вышла с нашим репортажем «С дороги школьной на дорогу космическую».

Горький урок

Был в журналистской практике Владимира и печальный эпизод, о котором, наверно, можно было и не вспоминать – как говорится, проехали. Проехать-то проехали, но боль осталась. Однажды (было это в конце семидесятых) Шишкин взялся за тему мелких краж из магазинов. Покупатели, получив свободный доступ к товару (тогда – новое явление в торговле), случалось, «забывали» вернуть одежду после примерки в торговый зал. Выносили вещи, спрятав в рукаве, кармане, сумочке. В материале, подготовленном по милицейским протоколам, рассказывалось о нескольких таких случаях, произошедших в кировском ЦУМе, были названы конкретные фамилии. Газета вышла, и – разразился скандал, какого журналисты ещё не знали: одна из «героинь» материала якобы не вынесла позора и наложила на себя руки.

Крайним в этой истории выставили журналиста. Вопрос горячо обсуждался на бюро обкома партии. Шишкина из руководителя отделом разжаловали в рядовые корреспонденты, а по партийной линии был объявлен строгий выговор с занесением в личное дело. (Серьёзнее этого наказания могло быть только исключение из членов партии). Шишкин остался в газете, как считает сам, благодаря бывшему редактору «Кировской правды» Юрию Григорьевичу Карачарову (в то время – секретарю обкома партии), который хорошо знал журналиста и ценил его как профессионала.

Позже стала ясна истинная причина трагедии: девушка (кстати, она состояла на учёте в милиции за воровство) поссорилась с парнем и, напившись какой-то гремучей жидкости, решила «отомстить» другу.

Лишь спустя годы выговор был снят, а журналист восстановлен в прежней должности.

С Вадимом Бакатиным.

Репортер навсегда

Должности, замечу, для Шишкина не главное. Гораздо важнее, чтобы была любимая работа, которой живёшь и болеешь, которая даёт возможность по-настоящему познавать жизнь через командировки, встречи с людьми, общение с коллегами и получать от этого удовольствие.

«Чего я только не повидал за годы работы в газете! Присутствовал на уникальных хирургических операциях, в том числе и на операции на открытом сердце. Держал в руках тяжеленную кучу золотых монет из найденного в Кирове клада. Участвовал в археологических раскопках и даже откопал кое-какие деревянные вещицы. «Пешком» поднимался на 192-метровую кировскую телебашню. Тушил лесные пожары. Сдавал кровь. Летал на воздушном шаре. Подготавливал взрыв на Советском известняковом карьере. Спасал зайцев в наводнение. Бывал на многих закрытых, ранее секретных предприятиях и в научных учреждениях. Но самое главное – встречи с людьми. Я писал о художнике-земляке Юрии Васнецове, оформителе детских книжек; участвовал в охоте на волков со знаменитым Василием Песковым, освещал пребывание в области космонавтов Алексея Леонова и Андриана Николаева. Первым из журналистов областных газет познакомился с родителями Виктора Савиных. Беседовал с внучкой Циолковского, брал интервью у революционерки Матюшиной, писателя Рахманова, известных учёных Пуни и Эммаусского… А вершиной всего считаю недолгую встречу с Борисом Николаевичем Ельциным и очень трудно доставшееся 420-строчное его интервью».

Упомянутое интервью — отдельная тема разговора, одинаково близкая и Шишкину, и мне: летом 1990 года мы оба, сначала я, а потом Владимир, побывали в гостях у Ельцина в маленькой, в четыре дома, деревушке Русские под Оричами, где будущий президент страны работал над автобиографической книгой «Исповедь на заданную тему». Приезд Бориса Николаевича в Кировскую область был засекречен, и мечтать о встрече с гонимым политиком не приходилось. Однако, как говорится, попытка – не пытка. Готовность дать мне интервью (для областного радио) Борис Николаевич на удивление выразил сразу, а вот у «Кировской правды» возникли проблемы. И Владимиру Ивановичу пришлось проявить галантность и изобретательность. Умудрённый жизненным опытом и знающий подход к женщинам, он не был бы Шишкиным, если бы, отправляясь к Ельцину без предварительной договорённости, предусмотрительно не купил букет алых гладиолусов для Наины Иосифовны. Она-то и уговорила мужа уделить корреспонденту «Кировской правды» несколько минут.
– 22 минуты, – уточняет Владимир Иванович.

После путча

Два года Владимир Шишкин был главным редактором. Произошло это в августе 1991 года после известного путча ГКЧП в Москве.

«Я не хотел быть редактором, но обстоятельства сложились так, что после путча Мясникова, действующего редактора, надо было убирать. Этого требовали учередители. Провели в коллективе собрание. Я, наверно, самым горластым оказался. К тому же меня коллеги подталкивали: «Берись, мы тебе верим».

Согласился. Первое время было очень трудно: денег нет, редакцию просят освободить занимаемые площади, политическая атмосфера в коллективе напряжённая… Постепенно начали поднимать голову коммунисты и требовать от меня «правильно держать руль». Имелось в виду, что газета должна оставаться прокоммунистической направленности. Я же считал, что на её страницах имеют право публиковаться разные точки зрения. Старался соблюдать баланс. Газета больше не навязывала читателям, как раньше, одно, «правильное», мнение, а старалась дать высказаться людям с диаметрально противоположными воззрениями. Этот подход устраивал далеко не всех. Бывало, приходит пенсионер и тычет газетой в лицо:

– Вы что пишете?! Ельцина оправдываете. Да Ельцин – сволочь редкая…

А через 15 минут звонит другой читатель и начинает воспитывать:

–Когда же наконец прекратите коммунистов восхвалять? Довели и страну, и область до ручки!

Коллектив всё время трясло, и мне приходилось постоянно лавировать. Какое уж тут творчество!

Кончилось всё тем, что прокоммунистические силы в редакции взяли верх и организовали импичмент. Главный аргумент: редактор публикует материалы, которые противоречат духу издания.

Состоялось голосование по кандидатуре редактора, и с перевесом в два голоса победил Николай Петрович Мясников, работавший в ту пору коммерческим директором. (Кстати, на этом посту он занимался конкретным делом – добывал для газеты бумагу и деньги, заключал договоры и уж точно не строил козни, как некоторые журналисты).
Годы редакторства позволили мне взглянуть на коллектив совершенно другими глазами и понять, кто чего стоит как человек».

Есть ли жизнь после 100?

В этом году родная газета справляет вековой юбилей. Иные времена, иные задачи, иные сотрудники, иные читатели. Мы говорим с Владимиром Ивановичем, постоянно оглядываясь вдаль, в историю. А иногда – очень робко – заглядывая в будущее.

«Что для меня «Кировская правда»? Всё. Я пришёл в газету зелёным репортёром и ушёл из редакции на пенсию, когда возникли проблемы со здоровьем. В газете прошёл практически все ступени роста…
А какая была сила – «Кировская правда»! Тираж – 200 тысяч! Попробуй не ответь на критику в газете!
Газета всегда зависела от политической конъюнктуры. За свой век она была разной: и коммунистической, и социалистической, и черт-те какой, и никакой вообще. И к чему в конце концов пришли? Сегодня пресса вообще стала одной большой листовкой, большой рекламой. То есть функции газеты в классическом её понимании начисто утрачены. Особенно жаль, что утрачена воспитательная функция. Дай бог вам, взявшим руль «КП» в свои руки, сделать из газеты нечто похожее на то издание, которое было в лучшие его годы».

ШИШКИН Владимир Иванович. Род. в 1940 г. в Благовещенске на Амуре Хабаровского края. Окончил факультет журналистики Ленинградского университета имени А.А. Жданова, и с тех пор в трудовой книжке в графе о месте работы значится одна запись: «Редакция газеты «Кировская правда». Он занимал разные посты – от литсотрудника до заведующего отделом информации и ответственного секретаря. В 1991–1992 гг. был редактором газеты, которая временно сменила название на «Кировскую газету». Мастер репортажа. Был, по сути, научным обозревателем газеты. Много работал с внештатными корреспондентами. Автор 15 книг. Заслуженный работник культуры РФ. Награжден Почётной Ленинской грамотой, Почётной грамотой Кировского обкома КПСС и облисполкома, удостоен областной журналистской премии имени С.М. Кирова, лауреат ряда всесоюзных и областных конкурсов Союза журналистов.
«Журналисты России. ХХ–ХХI». Справочно-энциклопедическое издание. Москва, 2013.