Главная > Без рубрики > Выбор редакции > Борис Грачевский: «Я иду на работу с удовольствием!»

Борис Грачевский: «Я иду на работу с удовольствием!»

Автор знаменитого «Ералаша» встретился с кировчанами.

«Здравствуйте, дорогие дети!» – сказал Борис Грачевский мальчишкам и девчонкам, а также их родителям, сидевшим в зале кировского кинотеатра «Колизей», где проходили конкурсные показы первого международного фестиваля короткометражного кино «Золотой телёнок».

В рамках мероприятия состоялась премьера нового сезона знаменитого «Ералаша», который смогли бесплатно посмотреть школьники. Кинорежиссёр и сценарист Борис Грачевский начал творческую встречу с кировчанами («будущими киношниками», как он сам их определил) сразу после показа новых серий киножурнала. «Посмотрели? Как вам?» – поинтересовался Борис Юрьевич у зала. «Супер!» – выдохнули зрители.

Когда у Грачевского зазвонил телефон, публика грохнула от смеха. Оказалось, что на мобильнике мэтра установлена знакомая всем с детства мелодия из «Ералаша». Впрочем, «дорогим детям» в возрасте до 16 лет тут же пришлось покинуть зал по настоятельной просьбе Грачевского. Он намеревался поговорить не только о детском юмористическом киножурнале, художественным руководителем которого является много лет, но и о совсем взрослом кино. В итоге получился разговор с залом обо всём на свете.

Борис Грачевский: «Я иду на работу с удовольствием!»

«Возьмите меня в кино»

– Родился я на старом Арбате в старом роддоме, в котором, как выяснилось потом, и Ширвиндт родился, и Миронов. Мои родители работали в доме отдыха, мама была библиотекарем, папа – культмассовым работником, замечательным артистом. В шесть лет я вышел вместе с отцом на сцену. У нас был очень интересный номер – мы угадывали мысли людей на расстоянии. Это был, конечно, обман, но красивый. Я имел успех и заработал первые аплодисменты. Когда всё кончилось, я за кулисами рыдал горючими слезами, потому что это было колоссальное напряжение, я очень боялся подвести своего отца.

В 14 лет я пошёл учиться строить ракеты. Тогда, в 1964 году, всех космонавтов знали в лицо, они были главными национальными героями. Через четыре года я выучился и понял, что это совершенно не моё. Я пришёл на киностудию Горького и сказал: «Возьмите меня в кино». Одной из первых картин стала «Варвара-краса, длинная коса». Помните страшный кадр, когда рука высовывается из воды? Вот эту руку играл я. Нужно было ложиться под огромный таз, в резиновую руку всовывать человеческую. Я был тогда самый молодой и самый худой, меня туда подсунули, и всё.

Мне посчастливилось работать с великими режиссёрами Александром Анатольевичем Роу, Марком Семёновичем Донским, Василием Макаровичем Шукшиным. На киностудии Горького – это было какое-то чудо, – пока дойдёшь до рабочего места, встретишь пять народных артистов, двух или трёх великих режиссёров. Я один раз иду по студии и слышу из павильона звук настоящего рояля. Захожу туда, вижу декорации кафе, сидит Вячеслав Васильевич Тихонов. Тут же Микаэл Леонтьевич Таривердиев играет на рояле что-то красивое. Потом я уже понял, что это была сцена, как Штирлиц встретился со своей женой. Это придуманная сцена Лиозновой, в книжке её не было, но такая трогательная и правдивая.

На моих глазах выращивали собачку для фильма «Белый Бим Чёрное ухо». Специально скрестили, чтобы родилась собака с чёрным ухом. У неё был дублёр, и в результате работал он, а та собака стала дублёром. Ему каждый день красили ухо, и он работал. Удивительный был пёс.

Про «Ералаш»

– Как вам в голову пришла идея снимать «Ералаш»?

– В начале 1960-х годов появился всесоюзный сатирический киножурнал «Фитиль». Придумал его Сергей Владимирович Михалков. Зная сумасшедшую тягу в нашей стране к анекдотам, они решили их перевести в картинку. А чтобы это пропустили, придумал документальные сюжеты о недостатках. Перед фильмами показывали, и все радовались. Потом сделали для детей «Фитилёк». Когда пришла идея сменить название на «Ералаш», голос подняли яростные противники: как можно называть журнал «Ералаш», когда фамилия министра Ермаш? Мы первый свой номер сдавали министру. Ему понравилось всё, кроме одного – названия. Мы долго его уговаривали, он нас уговаривал. В результате уговорили его. Сколько мы уже поменяли министров, а «Ералаш» живёт. Все права на это название принадлежат нам. Мы убрали сатиру и документалистику. Стали делать три по возможности весёлых сюжета. До нас никто так с детьми не разговаривал.

Последние 45 лет я, не останавливаясь, работаю в «Ералаше». Могу с гордостью сказать, что сегодня три канала показывают «Ералаш». На канале YouTube у нас полтора миллиарда просмотров, каждый день – три миллиона заходов. Нам 45 лет, а мы стараемся быть сегодняшними! В моей команде много молодых, но самый молодой я, потому что всё время всех шпыняю: «Что вы, как деды старые? Смелее, активнее!»

Как-то журналисты спросили: «А когда тяжело или тоскливо, что вы делаете?» Я сказал: «Иду на работу». Я до сих пор иду на работу с удовольствием.

О фильме «Крыша»

– Но я не только «Ералашем» занимаюсь. Мне всё время были интересны разновозрастные отношения. Общество их критикует, а жизнь остаётся жизнью. И бывает, что такие отношения приносят пользу и тому, и другому. Мне попал в руки сценарий, в результате появился фильм «Крыша». Главный герой – композитор, ведёт очень уединённый образ жизни, живёт за городом. Кроме музыки, его ничего не интересует. К нему приходят только его агент и домработница. И вот в его жизнь, тихую, спокойную, врывается девушка – дочка этой домработницы, которая разбудила в нём мужчину.

История главного героя фильма про его первую любовь – это моя личная история. Девочку звали Таня, она была дочкой прачки. Я был в неё жутко влюблён. Мне было три, ей четыре. Она меня позвала, завела в крапиву и оставила. Я там рыдал жутко.

Про сериалы, спонсоров и ТВ

– Какова прокатная судьба фильма «Крыша»?

– Плохая судьба. Такие фильмы плохо смотрятся в прокате. Его показали на Первом канале. Мне не повезло, потому что его показали 1 мая. У всех праздник, а тут серьёзное кино. Потом его показали на ТВЦ… После этого я снял ещё одну картину и ещё одну сейчас собираюсь снимать, пока у меня есть силы и я ещё что-то соображаю. Это будет история и про любовь тоже – лирическая комедия «Не смогла». Ищу, кто будет финансировать этот проект.

– Насколько вам с вашим именем сложно искать партнёров?

– Инвесторов? Очень сложно. Со спонсорами лучше было бы. Он дал денег, ты: «Спасибо, я обязательно про тебя расскажу». А инвестор говорит: «Я тебе дам. А когда и сколько вернёшь?» И у меня портится настроение. Для суперуспеха в кинопрокате требуются огромные вложения в рекламу. И ещё в удачу. Андрей Кончаловский собрал 90 миллионов евро на картину «Щелкунчик» и ни копейки не заработал… Поэтому «Ералаш» мы снимаем на деньги Министерства культуры. И сами доплачиваем. Я не жалуюсь. Сейчас нам начал приносить приличные деньги YouTube.

– Смотрите ли вы сериалы? Если да, то какие?

– Разные смотрю. Я видел «Обычную женщину», «Домашний арест», «Звоните Ди Каприо». Из последних сериалов «Шторм» на меня произвёл впечатление. Ну и западные разные. Учусь и смотрю, как американские драматурги загибают сюжеты. «Во все тяжкие», «Карточный домик», да много смотрел.

– Что вы думаете о качестве того, что транслируется сегодня с экранов?

– В России самое яркое телевидение в мире, чтоб вы знали. Там (за границей. – О.Г.) всё намного хуже. Меня больше расстраивает количество крови, бандиты, тюрьмы… К большому сожалению, то, что смотрят, то и показывают. Следят за рейтингами, вымеряют до сантиметра, что интересует народ. И тут же запускают в производство вот такое кино…

– Насколько важна саморедактура для режиссёра?

– Когда я пришёл в кино, редакторы говорили: поправьте, диалог не получился, эту сцену нельзя так оставлять, давайте подумаем вместе над финалом. Сегодня человек, который добыл денег, сам себе режиссёр. Тут самое главное – найти в себе силы и сказать: вот это не получилось, это надо убрать, это надо сократить. Это касается раскадровки, темпа ритма картины. Ну и так далее. Очень непросто. В этом плане «Ералаш» – это маленькая модель, что плохого бывает в кино и что хорошего. У меня есть редактор. Я к нему прислушиваюсь, хотя всё равно делаю по-своему.

Фото автора