Главная > Общество > «Всё прожито-пережито»

«Всё прожито-пережито»

Более полувека проработала на родном «Искоже» Валентина Ивановна Зонова. Правда, был в работе перерыв – с апреля 1942 года и до конца войны охраняла она небо столицы.

Среди наград фронтовых и трудовых, самая ценная для неё – медаль «За оборону Москвы». Однако о войне ни вспоминать, ни говорить не любит: «Что о ней говорить – не на танцульках была. Всё прожито-пережито. Страшно было. Тем более нам, молодым девчонкам». Точь-в-точь по Юлии Друниной: «Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне…».

Валентине Ивановне 98 лет. И, по её словам, у неё сейчас новая война – со старостью. И эту оборону, учитывая оптимистический настрой и вполне философское отношение к жизни, ветеран войны и труда держит стойко. Она живёт по принципу: чему быть, того не миновать.

На предприятие Валентина Зонова пришла в 1937 году шестнадцати с половиной лет. Хотела было поступать после семилетки в механико-технологический техникум, да, рассказывает, «не взяли по сословию». Отец держал свою пекарню, семья была обеспеченной, жила в собственном доме. А в техникум тогда ребят набирали больше из деревень. На следующий год уже сама не пошла, как говорит, «из принципа». Так что прямой характер и гордая выправка, которые сразу бросаются в глаза при встрече с Валентиной Ивановной, отличали её с юных лет. А трудолюбие привили родители, особенно отец.

«Это не теперешние отцы и матери, которые лелеют и холят своих детей. Нас держали в строгости и всему учили», – вспоминает Валентина Ивановна. – Тем более у нас была пекарня, где мы все работали». К тому же девочка была старшей из детей, кроме неё подрастали ещё пятеро – так что и за ними приходилось присматривать. Но всегда находилось время на спорт – играла в баскетбол, волейбол, любила гимнастику – кольца и брусья, зимой с мальчишками играла в хоккей. «Потому и живу долго», – улыбается Валентина Ивановна.

На «Искож» девушку взяли в клейзавод, в первый цех. Сначала учеником табельщика. Дальше была счетоводом, бухгалтером, нормировщиком, контролёром по сдаче готовой продукции. Всему училась тут же на заводе. «Старшие обучали, да и начальник цеха у нас был очень хороший – Владимир Николаевич Домовицкий. Как говорится, голова есть – всему можно научиться», – делится ветеран.

О начале войны она услышала рано утром – пришла со смены и не успела ещё уснуть, когда Молотов объявил о всеобщей беде. На фронт мобилизовали в апреле 1942-го, в 21 год. И в числе 1050 девушек-комсомолок она попала в 329-й зенитный артиллерийский полк, охранявший небо Москвы. Молодых девчонок обучили разным специальностям, чтобы заменить мужчин, которые ушли на линию фронта. Валентина была наводчиком – по приборам «ловила» вражеские самолёты и сообщала их курс. Эта специализация считается одной из самых ответственных на зенитной батарее.

«К этому времени немцев от столицы отогнали, но налёты всё равно были, особенно по ночам. Появлялись и самолёты-разведчики. Помню, летел такой и на Горький. Перед нами стояла задача – не пропустить. Уничтожить. Конечно, было страшно. Мне ещё эти налёты долго снились. Но я хочу всё это забыть. Слишком тяжёлые воспоминания. Да кому тогда легко было?! И в тылу перенесли немало – холодные, голодные ходили. Недавно схоронили мою подругу, с которой долгие годы работали вместе на заводе. Елена Матвеевна Лашкова, которая во время войны, совсем девчонка, работала на заводе. Разве ей легко было?» – говорит Валентина Ивановна.

Но молодость и на войне всё же брала своё. В свободное время собирались в землянке, которая была вровень с землёй, пели, при этом на гитаре или мандалине, по выражению Валентины Ивановны, тренькал комбат. Иной раз и танцы устраивали в столовой. Но очень редко. Купаться бегали в ближайшее озеро, полное пиявок. Батарея стояла между селами Семёновка и Воронцово. Но, как вспоминает Валентина Ивановна, с местными почти не общались. В баню возили в Москву.

В 1945 году Валентина Зонова в составе сводного зенитного артиллерийского полка прошла по Красной площади во время знаменитого Парада Победы.

Домой вернулась в июле того же, победного года. Все дальнейшие годы не прерывала она связи со своими фронтовыми подругами. В Киров к ней приезжали из Брянска, Москвы, Темиртау, Коврова, Харькова, Белой Холуницы. И Валентина Ивановна к ним ездила. Собираясь вместе, первую стопку всегда поднимали за то, чтобы не было войны. Сейчас из всей зенитной батареи Валентина Зонова осталась одна. И до сих пор при любых торжествах или просто домашних посиделках первый тост остаётся неизменным. Второй – поминальный.

После войны вернулась на «Искож». Сначала опять в клейзавод мастером. Но вынуждена была перейти в транспортный цех, поскольку вышла замуж за мастера этого же цеха. А тогда не разрешалось мужу и жене трудиться в одном цехе.

Родились дети, так что приходилось, как и всем заводским, разрываться между работой и домом. Но с детства приученная к труду, самодисциплине, к которым прибавились военная закалка и умение ценить каждый прожитый день, Валентина Ивановна успевала всюду. Да ещё обшивала всех заводских модниц.

Шить и вышивать ришелье научилась от мамы. Вспоминает, как в детстве она заставляла их с сёстрами подшивать брюки, пришивать пуговицы. С годами отточила мастерство и легко справлялась с такими сложными тканями, как крепдешин, крепжоржет.

Мужа, тоже бывшего фронтовика, схоронила ещё в 1968 году. Пережила ещё одно горе – смерть дочери.

Сама подняла внука. Живёт одна, но не в одиночестве. Постоянно навещает не только внук и другие близкие, но и ветеранский актив предприятия. Председатель совета ветеранов «Искожа» Лариса Леонидовна Мицина даже как-то сходила в местную поликлинику, узнать, стоит ли у них на учёте 98-летний ветеран завода и участница войны. Оказалось, о ней на участке никто не знал.

Сама же Валентина Ивановна в своём весьма солидном возрасте самостоятельно справляется по хозяйству.

Вот только на улице не была давным-давно – с пятого этажа не разгуляешься. Оптимизма не теряет. На жизнь и здоровье не жалуется. «Два века не проживёшь. А на то, где что кольнёт или пихнёт, просто внимания не обращаю. Ныть не надо. Не болит только у покойника», – считает Валентина Ивановна.

Она человек верующий, ещё в детстве ходила с родителями в Серафимовскую церковь. «Уверена, что Бог есть. В церковь и на кладбище давно не хожу. И не это главное, – убеждена Валентина Ивановна. – Вера и память должны быть в сердце. Так и живу».

Фото из семейного архива