Главная > Культура > Вятский Interbellum

Вятский Interbellum

Вышла из печати новая книга кандидата исторических наук, главного библиографа отдела краеведческой литературы Герценки Павла Чемоданова «Вятский Interbellum: Очерки истории Вятского края в межвоенный период».

Само понятие Interbellum имеет латинские корни и происходит от двух слов: Inter — «между» и bellum — «война». Историки подразумевают под этим словом исторический период с момента окончания Первой мировой войны до начала Второй мировой войны. Впрочем, конкретные хронологические рамки Интербеллума до сих пор являются предметом научной дискуссии.

Бесспорно то, что именно к межвоенной эпохе относятся события и явления, во многом определившие развитие современного нам мира: невиданный взлёт популярности радикальных политических идеологий, миллионы сломанных судеб людей «потерянного поколения» и, наконец, не знающий аналогов пафос строительства совершенно нового, справедливого общества. Всё это делает Интербеллум одной из самых трагичных и вместе с тем величественных страниц в истории человечества. Автор книги считает, что эта, без преувеличения определяющая историческая эпоха пока не нашла должного отражения в историографии вятского края. Чтобы хотя бы частично восполнить пробел, он и решил подготовить данную книгу.

Что касается самого издания, то оно представляет собой сборник взаимосвязанных очерков по истории Вятской губернии / Кировского края / Кировской области в 1918-1941 годах. Всего в книгу вошло без малого двадцать статей, расположенных в хронологическом порядке и раскрывающих разные стороны вятской истории. Эти очерки, по большей части публиковавшиеся автором в местной и центральной научной периодике и сборниках конференций, отчасти перекликаются между собой, отчасти никак не связаны. В этом смысле книга напоминает телесериал-антологию, где каждая серия представляет собой отдельное произведение, однако эпизоды объединены между собой общей тематикой, атмосферой, направленностью и персонажами, поэтому концептуально представляют собой единое целое. Таким образом, читать можно как отдельные очерки, так и всю книгу целиком.

Читатель сможет узнать из книги любопытные и до сих пор малоизученные сюжеты региональной истории: о борьбе за власть в Вятской губернии в конце 1917 года, советском периоде биографии знаменитого архитектора И.А. Чарушина, застройке г. Вятки / Кирова в 1930-е гг., судьбах Абрама Столяра и Мизы Боревой — руководителей Кировской области, пострадавших в годы «Большого террора» 1937-1938 гг., и о многом другом. Достоинством издания является правильно оформленный научно-справочный аппарат: сноски на архивные документы и иные источники, подробный именной указатель и библиографический список. В книге также опубликованы копии уникальных архивных документов и фотографий, значительная часть которых никогда до этого не публиковалась.

По утверждению П.А. Чемоданова, он писал очерки о вятской земле эпохи Интербеллума с любовью к своему родному краю, а также с искренним стремлением быть объективным и беспристрастным в изложении и анализе фактов. Насколько это удалось, судить читателю.
Николай Иванов

Предлагаем вниманию отрывок из этой книги – очерк «От дочери портного до «врага народа»: пять жизней Мизы Боревой»:

…Спустя неполный месяц после ареста А.Я. Столяра, 29 апреля [1938 года], в г. Кирове Миза Исаевна Борева также была арестована органами НКВД. В тот же день ей было предъявлено обвинение по п. 8, 10 и 11 ст. 58 УК РСФСР (подготовка террористических актов, антисоветская пропаганда и деятельность). В постановлении о продлении срока следствия и содержания под стражей от 15 декабря 1938 г. говорилось, что за 8 месяцев под стражей М.И. Борева была допрошена шесть раз и в ходе допросов «признала, что является участником антисоветской организации правых, в которую была завербована в 1936 г. Столяром А.Я.; по заданию организации дезорганизовала культурно-просветительную работу на селе, завербовала в организацию Пьянкова и Запольских».

Всё изменилось после отстранения от руководства НКВД Н.И. Ежова и прихода на этот пост Л.П. Берии в конце ноября 1938 года. Тон мартовских показаний М.И. Боревой 1939 г. позволяет констатировать перемену настроений подследственных, а также изменение отношения к ним со стороны органов НКВД. Так, на допросе от 7 марта 1939 г. Борева заявила: «Я категорически отрицаю прошлые свои показания о том, что я являлась членом антисоветской организации правых. Членом…организации я никогда не была и не знала, что Столяр являлся её руководителем.

9 сентября 1938 г. я собственно дала показания потому, что психически была расстроена. На моё психическое здоровье подействовали следующие факты: 1) убийство моего ребёнка (преждевременные роды); 2) ненормально созданная камерная обстановка (повышенная температура, большое количество людей, переуплотнённость в камере); 3) непрерывный допрос — 36 часов; 4) предупреждение меня о применении санкций на случай, если я не дам показания».

Ровно через год после ареста М.И. Боревой, 29 апреля 1939 года, в г. Кирове состоялось закрытое судебное заседание выездной комиссии сессии Уральского военного трибунала. Из показаний Мизы Исаевны на этом заседании выясняются драматичные подробности её заключения. Она живописала их следующим образом: «На предварительном следствии я писала лживые показания. Я четыре месяца говорила правду, но меня не слушали. В ответ я слышала от следователя один мат и один вопрос: «Кто тебя завербовал?!» Меня арестовали беременную, и когда поместили в одиночку, я начала психовать. Потом меня перевели в камеру, в которую на 8 мест было помещено 10 человек. Я лежала в нездоровой обстановке на нарах у печки, и у меня получились преждевременные роды. Ребёнок родился живой, но его почему-то нашли потом [мертвым]. Даже не арестованная женщина с трудом переживает это и может быть психически расстроенной. И меня ещё больную вызвали на допрос».

Приведённые слова Мизы Исаевны объясняют её несуразные обвинения в адрес самой себя и коллег по партийной организации. Итогом заседания стало то, что дело Боревой было отправлено на доследование, однако меру пресечения в отношении неё оставили без изменения. Ей суждено было провести в тюрьме ещё почти восемь месяцев. Лишь постановлением начальника УНКВД по Кировской области от 20 декабря 1939 года дело М.И. Боревой было прекращено, а сама она освобождена из-под стражи».