Главная > Без рубрики > Выбор редакции > В Кирове появится новый машиностроительный холдинг

В Кирове появится новый машиностроительный холдинг

Хорошие новости: неработающие предприятия региона возвращаются к жизни. Александр Чурин делится планами по объединению завода «Сельмаш» и Кировского машзавода 1 Мая.

В цехах Кировского машзавода 1 Мая кипит работа. Территория предприятия в 40 га, что простирается вдоль железной дороги Киров – Котлас на  полтора километра, не выглядит заброшенной. Несмотря на снежную зиму, широченные дороги между цехами расчищены. Вместе с главным инженером предприятия Сергеем Евгеньевичем Зубовым идём по территории одного из старейших заводов, основанного ещё в 1899 году, вспоминая его историю: императора Николая II, по приказу которого была проложена дорога Пермь – Котлас, а затем здесь, на этом самом месте, заложены мастерские для ремонта вагонов и паровозов. Идём и вспоминаем эвакуированный в начале Великой Отечественной войны Коломенский машиностроительный завод, который, собственно, и стал основой кировской «Машинки»…

ОАО «Кировский машиностроительный завод 1 Мая» лихорадило с конца 2014 года. В 2015-й предприятие вошло, находясь в крайне тяжёлой финансовой ситуации. Внеплановые отпуска рабочих на тот момент стали уже нормой. В течение 2015 года завод покинули более 600 человек. В конце 2016 года финансовая ситуация обострилась до предела.
Судьба уникального в своём роде производства (завод является единственным в РФ и странах СНГ производителем дизель-электрических и гидравлических кранов на железнодорожном ходу, а также одним из крупнейших производителей машин для строительства, ремонта и текущего содержания железнодорожных путей) оказалась под реальной угрозой. Однако благодаря приходу на предприятие нового руководителя завод, пока ещё находящийся в состоянии банкротства, постепенно начинает вставать с колен.

«Руки соскучились по работе»

Открываем тяжёлые двери цеха металлоконструкций. В помещении тепло, светло, шумно. «Третий месяц работаем стабильно, – с нескрываемой гордостью говорит сварщик М.Л. Агалаков, отвлекаясь на минуту от работы.

– А чего не работать, когда заказы есть? Для того чтобы собрать кран, нужно сварить раму, кабину, кузов, стрелу. Вот этим и занимаемся. Соскучились мы по работе за прошлый год, когда жили простоями. С этого года, как только пришёл новый руководитель завода, всё изменилось. Вернулись к нормальной пятидневной рабочей неделе. Зарплату выдают вовремя. Коллектив воспрял духом. Уже не сомневаемся, что у завода есть будущее».
«Цех изготовляет крупносварные изделия, – поясняет С. Е. Зубов. – Большинство комплектующих производим сами. Гидравлику, электронику, двигатели внутреннего сгорания приходится закупать. Берём как у российских поставщиков, так и у зарубежных – у тех, кто надёжнее. Гидроцилиндры, к примеру, лучше итальянцев никто не умеет делать. В заготовительном отделении цеха металлоконструкций на двух газорезательных машинах фирмы Меsser кислородом кроят толстенные, до 200 мм, металлические листы. Здесь же работает лазерный комплекс. Затем раскроенные листы поступают на сварку-сборку, где их превращают непосредственно в изделия, и дальше они идут в последнее, малярно-грунтовочное, отделение цеха».

Кадры ушли, но готовы вернуться

Коллектив предприятия, надломленный происходившим в прежние годы, значительно сократился. Помимо сокращений, люди уходили и самостоятельно. Но, узнав о том, что «Машинка» вновь заработала, уже готовы вернуться. За весь 2016 год завод собрал всего три крана, едва не сорвав госконтракт на их производство.

«Сейчас мы работаем стабильно, – подтверждает С. Е. Зубов. – Особо, конечно, объёмы производства не наращиваем: с января выпускаем по 3-4 машины в месяц. Работают все цехи. По большому счёту, на 2017 год по крановой тематике портфель заказов сформирован, год можем работать спокойно. По путевым машинам есть над чем потрудиться нашему маркетингу.

Коллектив завода – менее 800 человек, но остались именно те люди, которые верны предприятию, умеют работать и смогут обучить следующее поколение. И в этом просматривается будущее предприятия. А ещё приятно чувствовать, что наша продукция востребована. Нас полтора года, можно сказать, не было на рынке, и у заказчиков началась паника. Звонят, сообщают: хотим только вашу продукцию, и прямо сейчас. Мощности завода позволяют увеличить объёмы производства. В советские времена мы делали по 30–35 кранов в месяц, сейчас пока по три».

В кабинете нового руководителя

Убедившись, что завод работает, предприятие живёт, продукция выпускается, идём из цехов в административное здание на беседу с новым руководителем «машинки» Александром Анатольевичем Чуриным. Разговор начинаем не с самого приятного вопроса.


– В последние пару месяцев в разных СМИ чего только о вас не пишут – «захватил завод, стремится обанкротить и распродать оборудование»…

– Я в курсе, – спокойно отвечает А. А. Чурин. – Рад, что «Кировская правда» – единственная из местных газет, которая обратилась непосредственно ко мне за разъяснением ситуации.

– Напомните, как возглавляемый вами завод «Сельмаш» оказался кредитором машзавода 1 Мая?

– Всем известно, что машзавод 1 Мая – одно из ведущих и уникальных предприятий тяжёлого машиностроения Кировской области. Это наукоёмкое производство. Поэтому, когда оно попало в непростую экономическую ситуацию, мы на заседаниях Союза машиностроителей не раз пытались найти ответ на вопрос, как можно помочь предприятию. Естественно, финансовыми вливаниями. Весной 2016 года мы стали более предметно изучать ситуацию, думая, каким образом можно зайти на завод. На тот момент предприятие уже банкротилось, было введено внешнее управление. Мы были готовы выкупить долги завода у основных кредиторов: Сбербанка и ВТБ-банка. Сумма – порядка 600 млн. рублей.

Но долг у ВТБ-банка выкупило ООО «АС-Пром». Мы смогли выкупить долг только перед Сбербанком и перед налоговой. Проплатив денежные средства – около 240 млн. рублей, мы стали основным кредитором предприятия. Сейчас мы контролируем порядка 70% кредиторской задолженности предприятия.

– То есть вы хотели стать не основным, а единственным кредитором?

– Да. И готовы были это сделать – ресурсы были и есть, но появился другой кредитор – «АС-Пром», от имени которого сейчас в разных СМИ публикуются материалы о том, что «Чурин захватил завод 1 Мая и сейчас уничтожает его». Но давайте размышлять: мы являемся кредитором, завод должен нам определённую сумму, в настоящий момент на предприятии идёт процедура банкротства, цель которой – удовлетворить требования кредитора. Как это делается? Или путём восстановления платёжеспособности должника, или введением конкурсного производства – распродажи имущества с целью получения денежных средств, достаточных для удовлетворения требований кредитора. Если средств не будет достаточно, требования погашаются, кредиторы теряют часть или все свои денежные средства. Так вот, завод «Сельмаш», являясь кредитором, добровольно инвестирует в восстановление платёжеспособности предприятия. При этом мы сами в очереди кредиторов попадаем на последнее место. То есть фактически мы сейчас вкладываем  деньги без возможности их получить в обозримом будущем. Вот так мы «уничтожаем» предприятие, вкладывая в него сотни миллионов рублей.

– Заходя на завод, вы понимали, что это большие риски. Ради чего пошли на них?

– Мы хотим диверсифицировать своё производство. Я говорю о заводе «Сельмаш» – предприятии оборонно-промышленного комплекса, выпускающем определённые виды спецпродукции. Нам достаточно сложно перестроиться на выпуск какой-либо гражданской продукции, востребованной на рынке. Объединение с машзаводом 1 Мая – реальная возможность диверсификации нашего производства. Вот основная цель. Фактически мы строим машиностроительный холдинг, который будет состоять из двух подразделений: производства железнодорожных кранов и техники, производства вооружений, спецтехники и гражданской продукции. При этом ни одно предприятие не потеряет своей специфики.

– Вы как новый руководитель появились на заводе 9 декабря прошлого года. Что обнаружили?

– Долги по зарплате – 3 месяца, по налогам – 250 миллионов рублей. Один из корпусов предприятия отключён от тепла, все цехи отключены от электричества. Кроме того, бывшее руководство умалчивает, что под угрозой срыва находился гособоронзаказ. Не говорится и о том, что они заключили на себя договоры на поставку продукции завода, получили более 100 миллионов рублей предоплаты, но ни рубля из этой суммы на предприятие не поступило. Где эти деньги? Вопрос решается в суде. Но не хочется говорить о бывших управленцах. Лучше расскажу, что сделали мы, зайдя на завод. Мы не допустили срыва гособоронзаказа, и предприятие в 2017 году допущено к выполнению нового. Мы погасили задолженность по заработной плате, по электричеству, газу и теплоэнергии. Литейный цех завода планировали запустить ещё в декабре 2016-го, но не смогли, так как якобы закупаемые с апреля химикаты так и не были закуплены. Пришлось закупать нам, они поступили только в январе. После январских праздников завод получил необходимые материалы и предприятие заработало стабильно.

– Назовите три цели, которые ставите перед собой на ближайшее время.

– Важно наладить равномерную работу предприятия, стабильный сбыт продукции, сформировать пакет заказов, который бы позволял нам выплачивать заработную плату, оплачивать текущие платежи, закупать материалы, гасить задолженность по налогам. А дальше уже будем думать о возвращении конструкторской мысли на завод, чтобы создавать и осваивать новую технику. Ещё мечта – начать строить жильё для рабочих, но это дальняя перспектива. Я пришёл на завод один, без команды и работаю с тем коллективом, который остался на предприятии. И не хочу врать людям: будет трудно, но нельзя терять оптимизма. Нам предстоит тяжёлый путь, но мы его пройдём вместе и вернём машзаводу 1 Мая былую славу. В этом я уверен.

Фото: Виталий Лучинин