Главная > Век КП > «Летом 1941-го по Кирову пошли слухи о высадке немецких парашютистов…»

«Летом 1941-го по Кирову пошли слухи о высадке немецких парашютистов…»

Как вятская милиция в годы войны боролась с паникёрами, провокаторами, вооружёнными дезертирами и «профессиональными» преступниками.

В областном центре к 75-летию Победы в Великой Отечественной войне вышла книга об истории органов внутренних дел в 1941–1945 гг.

«Защищая Отечество. Милиция Кировской области в Великой Отечественной войне» (ответственный редактор – В.Т. Юнгблюд) – это кропотливое исследование, основанное на архивных материалах, мемуарных и статистических источниках. Ряд документов публикуется впервые. Сегодня – некоторые выдержки из книги…

О кадровом голоде милиции в годы войны

Война сказалась на кадровом составе кировской милиции. Летом 1941-го многие вятские стражи порядка ушли на фронт. Так, в августе была призвана группа из 93 милиционеров. Они имели хорошую физическую форму и боевую подготовку, а также большой опыт выявления криминальных элементов, что было востребовано в армейской разведке и контрразведке. Всего в 1941–1944 годах на фронт отправились 2492 сотрудника органов внутренних дел Кировской области.

Массовая мобилизация при этом привела к острому дефициту кадров. Для работы в органы НКВД принимались новые сотрудники из числа местного населения. Большинство из них были члены ВЛКСМ и ВКП(б), получившие положительные характеристики комсомольских или партийных организаций. Массовая мобилизация мужчин привела к тому, что многие вакантные места пришлось занять женщинам. Вместе с ними продолжили службу и сотрудники, уже достигшие пенсионного возраста.

Также дефицит кадров преодолевали за счёт сотрудников НКВД, эвакуированных с территории Прибалтики, Белоруссии и Украины.

Об обстановке в регионе

В течение всех лет войны общественно-политическая ситуация на территории региона оставалась стабильной. Июнь 1941-го ознаменовался резким ростом патриотических настроений, что подтверждается и агентурными сводками НКВД. Самый масштабный митинг в области состоялся 23 июня перед зданием областного комитета ВКП(б) города Кирова. На нём присутствовало более 40 тысяч человек. Аналогичные акции в этот же день состоялись и в районных центрах области: в Афанасьеве (участвовало более 800 человек), Вожгалах (до 1 тыс. человек), Котельниче (9 тыс. человек)…

«Летом 1941-го по Кирову пошли слухи о высадке немецких парашютистов…»О слухах и паникёрах

Летом 1941 года в области регулярно возникали слухи о высадке немецких парашютистов. В июле подобные разговоры дважды ходили и по городу Кирову. Они быстро распространялись в трудовых коллективах (например, по архивным данным, известно, что «парашютистов» активно обсуждали на мясокомбинате).

Уже в первые дни Великой Отечественной во многих магазинах области из свободной продажи на время исчезли соль, мыло и спички. Возникли очереди за хлебом. При этом первоначально проблем с доставкой данных товаров не было. Дефицит создавался паникёрами, начавшими массовые закупки. В областном центре к таковым относилась бывшая монахиня Дурова. На момент начала войны ей было 60 лет. Она жила одна в собственном доме. При обыске у женщины обнаружили более 500 кг муки, 30 кг сахара, 40 кг сухарей, 90 пачек мыла и 14 пар кожаной обуви.

В дальнейшем ситуация со снабжением действительно стала тяжёлой, и 20 августа 1941 года было принято решение о введении нормированного снабжения.

О тех, кто злорадствовал

Увы, нашлись и немногочисленные граждане, которые открыто злорадствовали. 25 июня 1941 года на собрании крестьян в деревне Шарыгино Кикнурского района колхозник Шарыгин выступил против мобилизации в Красную Армию, заявив, что «нам защищать нечего» и что «наконец-то настало время революции в колхозах». В Зайцевском сельсовете Макарьевского района бывший предприниматель Доронин (в 1927 году он был лишён избирательных прав) призвал односельчан «не выходить на работу и не давать хлеб советской власти».

В некоторых уголках области летом и осенью 1941 года звучали открытые призывы к свержению советской власти. В колхозе «Ясная поляна» Кильмезского района бывший кулак Чучалин отказался подписываться на государственный заём, заявив: «Прижимали нас – хватит! Сейчас вас, коммунистов, будем вешать».

Органы НКВД жёстко реагировали на распространение ложных слухов, паникёрство, а также любые проявления антикоммунизма. Всего за июль–декабрь 1941 года Кировский областной суд принял к производству 578 дел о государственных преступлениях (в основном антисоветская пропаганда), по которым был осуждён 601 человек. Из них 409 человек приговорили к высшей мере наказания, а 150 человек – к десяти годам лишения свободы.

О ликвидации шаек

К началу ноября 1941 года в Кировскую область было эвакуировано 158 тыс. 900 человек из западных регионов Советского Союза и прифронтовой полосы. Это спровоцировало рост числа регистрируемых преступлений, ведь среди эвакуированных было немало людей с уголовным прошлым, а порой даже и осуждённых преступников. Это объяснялось тем, что исправительные колонии в зоне боевых действий ликвидировались, и уголовники, пользуясь неразберихой, смешивались с беженцами.

Несмотря на относительную малочисленность и нехватку опытных сотрудников, кировский уголовный розыск успешно выполнял свои функции. Особое внимание уделялось борьбе с организованной преступностью. В марте 1942 года в городе Кирове была ликвидирована шайка, промышлявшая квартирными кражами, а также воровавшая вещи на вокзале. В состав этой группировки входило 6 человек, все они являлись рецидивистами. При аресте у преступников изъяли большое количество украденных вещей, а также несколько тысяч рублей, которые были возвращены потерпевшим.

О борьбе с дезертирством

Важным направлением работы для кировских правоохранителей в годы войны стала и борьба с дезертирством. Лица, уклонявшиеся от службы, объединялись в вооружённые банды, которые оказывали серьёзное сопротивление стражам порядка. В октябре 1943 года в Санчурском районе была задержана и обезврежена банда дезертиров во главе с М.Е. Пахмутовым («витьюмцы»). К этому моменту члены группы более года скрывались в лесах, проживали в землянках и занимались грабежами, хищениями из государственных и общественных складов, индивидуальных хозяйств колхозников.

Ранее в Санчурском районе сотрудникам НКВД пришлось вести поиски дезертиров Олина и Кошкина. На требование сдаться преступники ответили шквальным огнём из пистолетов, сделав около 50 выстрелов. Ответным огнём бандиты были уничтожены.

Выйти на след беглецов удалось благодаря прочёсыванию лесных массивов, которые проводились в ряде районов области регулярно. Помимо Санчурска такую работу вели в Кикнуре и Пижанке, где была наиболее тяжёлая ситуация с дезертирами.

Об уклонисте в женском платье

В январе 1945 года в городе Кирове удалось разоблачить банду из 10 человек под предводительством некоего Бульканова (кодовое название – «Приятели»). На счету преступников было 11 квалифицированных краж. Стоимость похищенного исчислялась тысячами рублей.

Также в марте 1945 года в Слободском районе была изобличена крупная преступная группировка из 23 человек во главе с бывшими кулаками Меньшиковыми. Члены группы, получившей кодовое название «Хирурги», делали себе и желающим инъекции посторонних веществ, вследствие чего на коже образовывались опухоли и незаживающие язвы, и медкомиссии признавали таких людей негодными к службе. В мае того же года в области была обезврежена группа «Химики», которая работала по аналогичной схеме.

Впрочем, порой приёмы уклонистов принимали совершенно анекдотичные формы. В Яранске в 1944 году благодаря агентурным данным удалось вычислить гражданина Тюфякова 1923 года рождения, скрывавшегося с первых дней призыва под личностью Лидии Тетериной. Уклонист отрастил волосы, сделал накладную грудь из ваты, носил женские платья и женские причёски, однако его хитрость всё-таки была раскрыта…