Главная > Без рубрики > Выбор редакции > Анатолий Чурин: о школе своего детства, учителях-фронтовиках и «самых главных» книгах

Анатолий Чурин: о школе своего детства, учителях-фронтовиках и «самых главных» книгах

Анатолий Михайлович Чурин, возглавлял региональное образование в течение почти 28 лет, недавно отметил 70-летие. Круглая дата стала поводом для большого разговора о школе прошлого и будущего; о книгах, которые важно прочесть в детстве и юности.

— Когда вы учились в школе, многие ваши преподаватели были фронтовиками. Что это давало тогдашним школьникам?

Анатолий Чурин: о школе своего детства, учителях-фронтовиках и «самых главных» книгах— Естественно, наши родители и учителя перенесли в полной мере все тяготы войны. Большинство из них прошли через фронт или трудились в тылу. Сломав хребет нацистской Германии, они не менее героически поднимали страну из руин. Не могу сказать, что они часто делились с нами своими воспоминаниями о пережитом в годы войны. Очень скупо рассказывали о себе, о своём военном прошлом. Спустя много лет мы поняли — это была общая черта того поколения. Но что-то в них было такое, что заставляло верить в то, во что верили они. История назвала это поколение поколением победителей. И я сегодня понимаю, что несмотря на внешнюю сдержанность, наши родители и учителя, передали нам, тогдашним школьникам, чувство непреходящего уважения к старшим поколениям, к тем, кто «не щадя живота своего» спас свою страну и дал нам жизнь и обеспечил счастливое детство. Они научили не пасовать перед трудностями, отвечать за свои поступки. А главное, семья и школа воспитали в нас любовь к Родине, способность радоваться её победам, переживать за её неудачи.

Средняя школа № 32, в которую я поступил в 1958 году и проучился все 10 лет, находилась тогда на рабочей окраине в окружении деревянных частных домов.

Четырехэтажное здание только что построили, и оно выглядело, как настоящий дворец. Не трудно представить с какими чувствами мы входили в этот храм знаний и как гордились тем, что нам повезло в нём учиться. Долгое время в микрорайоне не было других учреждений культуры, и вся общественная жизнь была сосредоточена именно здесь. Для нас школа была открыта практически всю неделю. До сих пор в памяти сохранились воспоминания о школьных вечерах, диспутах, комсомольских собраниях. И всегда рядом с нами были учителя.

— Какой вы вообще вспоминаете школу своего детства?

— Конечно, будучи школьниками, мы многое не понимали. Школьная жизнь воспринималась как объективная данность. Только став взрослым, получив высшее педагогическое образование, осознал, чем была сильна советская школа. Прежде всего, сердцевиной всей воспитательной работы был коллективизм. Нас учили умению жить в коллективе, вступать в общение с людьми, трудиться и творить, подчинять свои личные интересы общим. Школьники сплачивались пионерской и комсомольской организациями.

Поскольку уровень жизни в наших семьях был примерно одинаков, то не было ярко выраженных имущественных и социальных противоречий, а любое проявление индивидуализма осуждалось.

Не существовало университетов педагогических знаний, но было единение семьи и школы. Родители разделяли требования школы, а учителя делали всё для того, чтобы дети были успешными. Требовательность и уважительное отношение к ребёнку — вот что было характерным для того времени.

Конец 1950-х и начало 1960-х были временем, когда страна ещё залечивая раны нанесенные войной, шагнула в космос, поставила на службу человеку атомную энергию, превратившись в огромную строительную площадку. Мы хотя и были детьми, тоже ощущали размах перемен. Страна трудилась и очень нуждалась в квалифицированных рабочих и грамотных специалистах. И наша школа, как и все остальные, не была в стороне. Крепкие шефские связи установились с крупнейшим промышленным предприятием – заводом «Сельмаш». Большинство его рабочих были выпускниками нашей школы. Стоит сказать о том, как руководство завода заботилось о пополнении числа рабочих и сотрудников…

— Выражаясь современным языком, о профориентации?

Анатолий Чурин: о школе своего детства, учителях-фронтовиках и «самых главных» книгах— Да. Для этого заводчане оборудовали прекрасные учебные мастерские в самой школе, оснастив их современным оборудованием. На территории завода был открыт школьный цех, и здесь всё было по-взрослому. Мы приходили сюда на целый учебный день и под руководством заводских специалистов получали специальности токаря, слесаря, фрезеровщика, а после квалификационных экзаменов, завод присваивал соответствующий разряд. Только благодаря этому, я получил рабочую квалификацию токаря и слесаря. И хотя в жизни по этим профессиям не удалось поработать, но представление о том, как работает большое промышленное предприятие, не раз пригодилось в жизни.

К сожалению, приходиться констатировать: российская школа за последние 30 лет в связи со сменой идеологии, ценностей общества с коллективистских на индивидуалистические значительно изменилась, причём далеко не в лучшую сторону.

Сложившаяся в советское время воспитательная система разрушена. Ликвидировано ученическое самоуправление, распущены пионерская и комсомольская организации. Школьные стандарты не предполагают участие детей хоть в какой-то трудовой деятельности. Забыты слова А.С. Макаренко о том, что «тот, кто не имеет привычки к труду, не знает что такое трудовое усилие, кто боится «трудового пота», тот не может видеть в труде источник творчества.

К тому же, как мне кажется, произошло сознательное принижение общественной значимости учительской профессии, а образовательный процесс превращен в некую услугу, т.е. фактически страна отказалась от образования, как социального блага.

— Чем это опасно?

— В результате таких «преобразований» наша школа потеряла в мире свои лидирующие позиции. В обществе пышным цветом расцвел эгоизм. Обрушен авторитет учительства. Его роль всё больше сводится к «урокодательству». А в условиях пандемии короновируса, некоторые «продвинутые» деятели открыто стали заявлять, об информатизации, как альтернативе традиционному преподаванию. Более того, школа с каждым годом становится опаснее как для детей, так и для учительства.

Непрекращающиеся случаи гибели детей в стенах школ, покушения на жизнь учителей говорят о явном тупике сегодняшнего образования. Ситуация с каждым годом усугубляется и в немалой степени этому способствует безответственная редакционная политика большинства каналов российского телевидения.

— Что повлияло на Ваш выбор профессии учителя? Были в роду учителя?

— Начну со второй части вопроса. Мои деды и бабушки, как по отцовской, так и по материнской линии были деревенскими жителями. А папа и мама всю жизнь трудились на заводе.

Поэтому естественно, что в семье не было планов в отношении моего педагогического будущего. Учился я хорошо, и в моём аттестате о среднем образовании нет ни одной тройки. Особенно легко давались гуманитарные предметы. Среди них самым любимым была история. Во многом этому способствовали мои школьные учителя: Помаскин Борис Георгиевич и Скачков Григорий Анфимович. Когда школа была закончена, у меня не было сомнений — я решил поступать на историко-филологический факультет КГПИ им. В.И. Ленина. Я до сих пор с благодарностью вспоминаю Скачкова Г.А., который помог мне подготовиться к экзамену по истории. И хотя, конкурс оказался большим (300 заявлений на 25 мест), мне удалось поступить.

Я отработал в качестве учителя 14 лет и ни разу не пожалел о своем выборе.

— В одной из песен Высоцкого есть слова: «Значит, нужные книги ты в детстве читал». Какие книги особенно сильно повлияли на вас – не только в школе, в институте, но и дальше?

— Владимир Высоцкий удивительно точно определил наше поколение, как «книжные дети». Мы, правда, много читали. В школьной программе было немало произведений, которые необходимо знать, но это лишь малая толика того, что удалось прочитать за годы учёбы. К нашей радости рядом со школой была очень хорошая библиотека.

Летние каникулы были благодатным временем, когда можно было читать столько, насколько хватало терпения. Тот же Высоцкий писал: «мы книги глотали, пьянея от строк», в которых было «столько пищи для маленьких наших мозгов…».

И когда вы задали этот вопрос, непроизвольно из памяти всплыли названия трёх книг, которые до сих пор будоражат, вызывают целую гамму чувств, вновь и вновь ставя один и тот же вопрос: «А как бы ты себя повёл, оказавшись на месте книжных героев»?

Первой из этих трёх книг был прочитан роман Этель Войнич «Овод». Через какое-то время я буквально «проглотил» роман Николая Островского «Как закалялась сталь». И третья книга вызвавшая бурю чувств, — «Молодая гвардия» Александра Фадеева. На первый взгляд истории, рассказанные в них абсолютно разные, но все они подтверждают вывод о том, что любовь к Родине, вера в свои идеалы, долг и честность, неотъемлемые качества любого нормального человека.

– В своё время Вам удалось создать в регионе уникальную систему управления образованием. Почему было решено взяться за её создание?

– В 1990-х необходимо было смягчить удары, посыпавшиеся на образовательную систему, остановить деградацию образования, повернуть общество на его защиту. И в этом немалую роль могло сыграть управление, откорректированное с учётом изменившихся социально-экономических условий.

Такие попытки делались на местах. Хорошо помню, как на одном из совещаний в Министерстве образования РФ, министр образования Самарской области Ефим Яковлевич Коган, поделился идеями и уже имевшимся опытом перестройки управленческой практики. Суть этого опыта заключалась в том, что сокращалось количество управленческих звеньев. Вместо районных органов управления в структуре министерства были созданы окружные управления, которые взяли на себя руководство образовательными учреждениями нескольких районов. Управление стало мобильным, произошла консолидация всех имеющихся ресурсов. Конечно, изменения в управлении системой образования Самарской области, за неимением возможности, я излагаю очень схематично, вычленяя самое главное.

Позднее Е.Я. Когану удалось убедить Министерство образования выйти с предложением в Правительство России о проведении эксперимента по созданию региональной системы управления на основе образовательных округов. На участие в эксперименте заявились пять регионов. В их числе была и Кировская область. Этим она обязана тогдашнему губернатору Н.И. Шаклеину и заместителю Председателя Правительства Кировской области А.А. Галицких.

– В итоге действительно сделали по самарскому образцу?

– В 2005-2006 годах, когда разворачивался эксперимент, серьёзно поменялось законодательство, и мы не могли полностью скопировать уже имевшийся в Самаре опыт перестройки управления. Поэтому Кировская модель оказалась несколько иной. Специалисты, курировавшие проведение эксперимента, высоко оценили наши подходы и признали их полностью соответствующими действующему законодательству. На основании разработанной концепции, Кировская область была разделена на 8 образовательных округов с примерно равным количеством обучающихся и образовательных учреждений. В каждом образовательном округе было создано управление, как структурное подразделение департамента образования. При этом количество управленцев не возросло ни на одного человека. При округах возникли общественные Советы по образованию. Главным отличием кировской модели стало сохранение муниципальных органов управления образованием. В соответствие с действующим законодательством за ними была закреплена ответственность за создание необходимых условий для проведения образовательного процесса.

– В чём были главные плюсы нововведений?

– Департамент приблизился к образовательным учреждениям, взяв на себя ответственность за результаты образовательного процесса, а общественные Советы в округах стали активно влиять на создание современных условий обучения. Резко возросла оперативность управления, департамент оказался в курсе не только общих проблем образования в каждом округе, но и располагал информацией о состоянии дел практически в каждой школе. Это позволяло быстро и эффективно реагировать на появляющиеся проблемы. Изменения в управлении позволили по иному подойти к решению одной из наиболее сложных проблем современного образования – формированию новой образовательной сети. В условиях резкого роста малочисленных школ сохранение высокого уровня образования стало первоочередной задачей. С созданием образовательных округов стало возможным определить опорные школы, которые способны предоставить свои образовательные ресурсы школьникам малочисленных школ. Позднее опорные школы в округах стали преобразовываться в государственные образовательные организации, получив поддержку областного бюджета. Одновременно государственная школа стала центром школьного округа, что даёт ей возможности влиять на качество образования всех школ, работающих на его территории.

Новая система управления позволила активизировать работу с одарёнными детьми. В области работают на очень высоком уровне несколько государственных школ, которые передают накопленный опыт по организации образовательного процесса в тех образовательных областях, которые являются для них профильными. В целях придания этой деятельности необходимых организационных начал, зародилась идея создания образовательных кластеров. Что позволило не только организовать в масштабах области работу с одарёнными детьми, но и интенсифицировать обмен передовым педагогическим опытом.

– Результаты не замедлили себя ждать?

– Конечно, любые изменения должны проводиться не ради изменений. Главное – полученный результат. Так вот за 10 лет существования образовательных округов в Кировской области, были достигнуты впечатляющие достижения в обучении детей. По признанию руководства федеральной Службы надзора и контроля, область с самыми низкими расходами на образование заняла лидирующее положение в стране по уровню качества общего образования. Мы понимаем, что в этих достижениях, прежде всего, заслуга педагогических коллективов. Но этого могло и не случиться, если бы система управления оставалась архаичной, не способной адекватно реагировать на меняющиеся условия и запросы времени.

К сожалению, несмотря на убедительные преимущества окружной системы управления, далее она была фактически ликвидирована. Причем непрофессиональные решения принимались вопреки общепринятому на федеральном уровне мнению, что в Кировской области функционирует эффективная региональная система образования.

Окончание интервью – в следующем пятничном номере «КП».

Наталья Смирнова, редактор газеты «Педагогические ведомости» в 2009-2016 гг.:

— Как руководитель ведомства (сначала начальник отдела народного образования, затем – начальник департамента образования и, наконец, министр регионального министерства образования) Анатолий Михайлович всегда поддерживал коллектив созданной по его инициативе газеты «Педагогические ведомости». Живо и неформально интересовался проблемами в организации редакционной жизни. Он поддержал и также заботился о продвижении областной детской газеты «Я расту», созданной как приложение к «Педагогическим ведомостям».
На страницах нашей газеты старался всегда сказать доброе слово учителю, укрепить учительский дух в непростые перестроечные годы. С наступлением цифровой эры Анатолий Михайлович отстаивал важность учительской профессии и, продвигая Центр дистанционного образования, не уставал напоминать всем, что технологии при этом не заменят детям живого, не «виртуального» педагога.
Приветствуя новое, Анатолий Михайлович очень вдумчиво, без излишней спешки шёл навстречу нововведениям: что-то принимал, что-то подвергал глубокому сомнению. Горячо отстаивал все самые важные педагогические традиции. И очень характерно, что выйдя на заслуженный отдых, он не оставил своего попечения о сфере образования, по мере сил, опыта и знаний помогая своим коллегам советом, высказывая своё мнение по тому или иному поводу.

Ирина Кокорина, учитель английского языка, г. Киров:

— Анатолия Михайловича Чурина знаю много лет — с тех пор, как пришла работать под его начало методистом в Первомайский отдел народного образования. От этого времени, от работы у меня остались самые приятные и тёплые воспоминания. Анатолий Михайлович нашёл подход к каждому сотруднику, сплотил коллектив, и как руководитель был очень корректен с подчинёнными. Каждый понедельник на планёрке определялись чёткие задачи для сотрудников на всю неделю, и в пятницу Анатолий Михайлович всегда спрашивал результат — каждый держал отчёт о проделанной работе. Все совещания проходили в дружественной атмосфере, руководитель прислушивался к мнению коллег. Связь со школами была крепкая. Он требовал, чтобы мы, методисты, как можно чаще бывали в школах, посещали уроки, помогали учителям правильно выстраивать учебный процесс. Было даже жаль, когда расформировали Роно, и нам пришлось расстаться с хорошим руководителем, который благодаря своему профессионализму пошёл дальше по карьерной лестнице.

Читайте наши новости первыми - добавьте «Кировская правда» в любимые источники.