Главная > Без рубрики > Выбор редакции > Вадим Федотов: «Чем больше я езжу по России, тем сильнее горжусь своей областью»

Вадим Федотов: «Чем больше я езжу по России, тем сильнее горжусь своей областью»

Чемпион страны по ралли-рейдам – о чудо-победе, адреналине и сбывшейся мечте.

В начале декабря в Ульяновске прошёл заключительный этап чемпионата страны по ралли-рейдам. По итогам трёхдневной гонки в классе мотовездеходов (Т3) победил экипаж Вадима Федотова и Александра Куприянова, оторвавшись от серебряных призёров всего на один балл. Впервые за почти 40-летнюю историю ралли-рейдов в России кубок лидера достался Кировской области. О том, как досталась победа, рассказал Вадим Федотов, пилот кировского экипажа.

Вадим Федотов: «Чем больше я езжу по России, тем сильнее горжусь своей областью»

Гонка, которую нельзя пропускать

К последним гонкам сезона кировчане подошли вторыми. Интрига сохранялась практически до финиша. Но обо всём по порядку…

Ульяновск встретил гонщиков сугробами и 25-градусными морозами. По словам Вадима, к заездам в таких условиях экипаж был не готов. Поэтому на победу не рассчитывали.

– Квалификацию проехали плохо как никогда! Заблудились, отстали от главных конкурентов на 2,5 минуты и поняли, что в части чемпионства ставим для себя жирную точку. Решили: пусть это будет просто хорошая тренировка в условиях, приближённых к боевым. И мы должны отработать умение подняться с низа турнирной таблицы, не претендуя на победу.

Выбранная тактика сработала – по итогам второго дня экипаж Федотова/Куприянова сократил разрыв с лидерами до 35 секунд.

– Это можно было назвать чудом. Наши конкуренты расслабились и заняли позицию ехать надёжно. А мы? А мы ни на что не претендовали и ехали как могли. На третий день у машины начались технические неполадки. Но мы спокойнее ехать не стали. И «привезли» соперникам около восьми минут на первой сотне.

Экстрима добавил мороз. Одежда ралли-рейдеров – тонкий комбинезон, защищающий от огня в первые несколько минут после аварии и позволяющий быстро извлечь человека из машины. Надевать куртки и свитера запрещено регламентом.

– Сказать, что мы замерзли, значит ничего не сказать. Утеплились как могли – туристическими грелками под комбинезон. Ну и печку от УАЗа поставили. Особого тепла она не давала, но грела душу тем, что была.

Последний отрезок ехали медленно, потому что понимали: нужно просто довести машину. Просто доехать, даже отдав какое-то время.

– В итоге конкуренты отыграли у нас две минуты. И мы с улыбками на лицах финишировали, опередив экипаж Алексея Шмотьева ровно на один балл. Такие чемпионы на тоненькой ниточке.

Но это была победа, высший пьедестал страны!

– В России нам больше никому ничего доказывать не надо. Дальше – только Олимпиада, — шутит Вадим. – Но гонки не олимпийский вид спорта. Поэтому в ближайших планах – участие в Кубке мира. Первый этап – «Северный лес» — пройдет в феврале в Санкт-Петербурге, на него нас уже пригласили. И – пока что в мечтах – Шёлковый путь – марафон Москва – Пекин, ралли Париж – Дакар, Арабские Эмираты…

Впрочем, про мечты стоит сказать отдельно.

Про кубки водокачки и социальный автомобиль

Об автоспорте Вадим Федотов мечтал с детства. Но в Кирове картинга не было.

— Я ходил во все секции, кроме автоспорта. Позволить себе гонки смог сильно после института. И свою давнюю детскую мечту осуществляю до сих пор.

Начинал, как и многие гонщики, с «кубков водокачки» — коммерческих гонок местного масштаба с хорошим призовым фондом.

– Там много призов. На третье место попал – получил 100 тысяч. Но званий нет, через пять лет соревнования эти никто не вспомнит. А чемпионат России – это не только твоё лицо, но и лицо области. Призов здесь нет. Есть кубок, медаль, грамота, звание – вот то, за что ты борешься.

В «официальный» автоспорт Вадим пришёл пять лет назад – как только появилась возможность купить машину, соответствующую международным требованиям. Багги заказывали из Штатов, а собирали своими руками – так дешевле.

– Собирались вечером после работы в гараже и делали. Если покупать готовую машину, получится миллионов 15. Иностранная, например, из Португалии, выйдет раза в четыре дороже. Но мы все делаем своими силами, не тратимся на зарплаты механиков, инженеров, поэтому выходит по себестоимости. Собрали, первый раз выехали – и сразу же третье место.

Сейчас экипаж собирает новую машину. Старую придётся продать – технические требования изменились, и авто уже не соответствует нормам безопасности.

– Обычно продаём в Москву или в Питер. Там очень развиты детские автошколы, они покупают бэушные машины для тренировок. Но в этом году, наверное, удачно продадим конкурентам, потому что у нас чемпионская машина. Такие всегда покупают дороже, чем они стоят в принципе, потому что считается, что они доведены до идеального технического состояния.

Впрочем, заработать не самоцель. Как говорит Вадим, автомобиль вполне мог бы послужить и после списания с гонок.

– Мы готовы взять на себя социальную нагрузку. Мы можем отдать высвободившуюся машину в дом культуры, в район области… Мы не просим никаких денег, мы просим лишь одного: если мы вам отдали машину, сделайте так, чтобы ее не разобрали! Мы вполне могли бы взять на практику студентов. Сборка машины – отличная практика для тех, кто хочет прикоснуться к профессиональному автоспорту.

Про аварии, страх и адреналин

Глядя на фото с гонки, невозможно не спросить: а что там с авариями? Часто ли происходят ЧП на крутых виражах? Не страшно ли потом снова садиться за руль?

Вадим Федотов: «Чем больше я езжу по России, тем сильнее горжусь своей областью»

В автоспорте всегда есть место авариям, отвечает Вадим. И там, где адреналин, всегда есть риск для здоровья. А к вывихам, переломам и прочим травмам гонщики относятся философски.

– Мы раз двадцать переворачивались. А однажды в Татарстане попали в серьёзную аварию. Машину разорвало полностью, а я сломал колено. Баг оставили в лесу, а меня на вертолёте доставили в клинику медицины катастроф. Обкололи обезболивающими, осматривают, а я звоню механику: «Мы тут быстро закончим, а вы проверьте, что там по запчастям. Завтра последний день, давайте ещё поездим». Механик начинает восстанавливать машину, а мне накладывают гипс и говорят: «Сиди, какие гонки, даже домой не отпустим сегодня». Звоню снова: «Отбой, только завтра выпустят». А механики машину, понятное дело, не сделали, но чувство юмора зашкаливает, они мне: «Мы почти всё собрали, а ты говоришь – гипс!» А на следующий день у меня день рождения, отпустили все-таки домой.

Когда получаешь травму и два месяца ходишь в гипсе от пятки до пояса, думаешь – всё, хватит, надоело. Но как только нога начинает работать, садишься в машину и едешь на тесты в близлежащее поле.

Снова садиться за руль не страшно. Страшно семье, когда ты начинаешь собирать спортивную сумку. Для нас соревнования – это эмоции, которые получаешь независимо от того, победил ты или нет. Бывает так, что выиграл – счастлив, и проиграл – счастлив, — рассказывает чемпион.

Близкие, конечно, переживают. Во-первых, постоянный риск, во-вторых, кому понравится, когда муж и отец все вечера пропадает в гараже – «второй семье», как в шутку называет его Вадим. Зато пятилетний сын по праву гордится отцом. И сам понемногу осваивает картинг.

— Мы дружим с «КАМАЗ-мастером», были у них на базе и летом, наверное, уедем в Набережные Челны, чтобы позаниматься. Сыну будет 5,5. В таком возрасте дети могут ездить «на поводке» — надевается шлем с наушниками, маленький картинг прицепляют к большому, где едет преподаватель. И через два месяца ребёнок уже катается по трассе.

Зачем гонщикам психолог

— Автоспорт – дело изнурительное. Организм устаёт, и важно вовремя восстановиться. Богатые команды возят с собой хорошего мануального терапевта, а ультра-богатые – даже криокамеру. Массаж, охлаждение – и через 25 минут ты как новенький, как будто никуда и не ездил.

Психологическая нагрузка не легче физической. С ней справиться тяжело. Когда едешь на результат, сам себя накручиваешь и начинаешь совершать ошибки, которых не делаешь, когда просто катаешься с друзьями. Многие крупные команды перед стартом разговаривают с психологами, — рассказывает Вадим.

«Необязательно жить в столице»

К сожалению, у кировской команды такой возможности пока нет. В нашем регионе автоспорт развит не так, как в прославленных авторегионах – Татарстане, Санкт-Петербурге, Подмосковье, на Урале. И экипажей международного уровня у нас всего два…
— …Клим Байков, который ездит классическое ралли, и мы. Но это не значит, что выбиться в люди невозможно. У нас есть механик, он из Лузского района. Он мечтал попасть на соревнования, посидеть в гоночном КамАЗе. И он добился своего, он смог, и это круто.

В нашей кочевой жизни есть большой плюс – мы постоянно путешествуем по стране. И, без всякого пафоса, чем больше я езжу по России, тем сильнее горжусь своей областью. Да, есть города, которые намного лучше нашего, — Москва, Питер, Сочи. Но в них мы ездим отдыхать. А Россия большая…

Вот Астрахань – город брошенных строек. Где центр, непонятно. Песчаные степи, разбитые дороги, а из-за того, что летом +38, еще и трава не растет, всё выжжено солнцем. Карелия просто поражает. Красивейшее место, но инфраструктуры нет вообще, люди живут в домах еще царской эпохи…

Я хочу донести вот какую мысль. Мы живем в век цифровизации. Интернет есть у всех. В любой точке страны можно построить спортивную машину. И необязательно жить в столице, чтобы осуществить свои мечты, необязательно обладать какими-то суперзнаниями. Главное, во-первых, очень сильно хотеть. Во-вторых, постоянно что-то для этого делать, двигаться к своей мечте. Я и сыну об этом всегда говорю. И рано или поздно все в любом случае получится. Даже в космос полететь.

Про победу
Ралли-рейд не выиграть в одиночку, будь ты хоть Шумахером. Победа складывается из многих факторов: работы пилота, штурмана, механиков. Механики – это 50 процентов победы. Это люди, которые всегда в тени, которых не приглашают на пьедестал, но они готовят машину до соревнований и умирают с этой машиной на соревнованиях.

Про гонки в жару
У нас есть специальный спортивный дезодорант, мы называем его кодовым словом «мята». Им обрабатывают одежду. Он с ментолом и охлаждает так, что если встать на ветреное место, можно замерзнуть.