Главная > Новости > Житель Мариуполя: «Временами просыпаюсь, потому что в ушах стоит шум, как от стрельбы»

Житель Мариуполя: «Временами просыпаюсь, потому что в ушах стоит шум, как от стрельбы»

Житель Мариуполя, вынужденно покинувший свой город и оказавшийся в Кирове, ответил на вопросы «КП»

О том, что он едет в Киров, Александр узнал перед тем, как его погрузили в поезд. Ему 41 год. Он — из Мариуполя. Родился в СССР. По профессии — строитель.

В середине апреля Александр Викторович в составе большой группы из более чем четырёх сотен жителей ДНР, ЛНР и Украины, вынужденно покинувших свои дома, оказался в Кирове. Своей историей он поделился с корреспондентом «КП».

О том, что мужчина пережил за пару последних месяцев, вспоминать ему очень тяжело. Он отвечает почти односложно. К креслу прислонены костыли — пока приходится передвигаться только с ними: попав под обстрел украинских военных Александр получил серьёзное ранение в ногу…

О родном городе и профессии

— По профессии я штукатур-маляр. Ездил по городам, работал на стройках. В Мариуполе жил у знакомых — помогал двум женщинам и мужчине пожилого возраста.

Мой родной город — Славянск. Год рождения — 1981-й. Воспитывался в детском доме. Поэтому о своих близких ничего не знаю. Была родная сестра, но её удочерили какие-то люди, когда она была ещё маленькой и о том, как сложилась её жизнь, мне тоже ничего неизвестно.

О том, что хочется забыть

— О том, что довелось увидеть и пережить в Мариуполе, вспоминать страшно. Временами и сейчас просыпаюсь, потому что в ушах стоит шум как от стрельбы. Обстрелы были каждый день. Иногда тишина — часа на два. Но затем снова стрельба. Особенно сильно с завода, где они сидели.

Мирные люди, кто мог, — из города на своих машинах выезжали. Кто-то знакомых просил помочь. Но машины с выезжающими расстреливали. На дорогах мы видели обгоревшие автомобили с трупами.

О том, как всё началось

— Видел многое, что происходило в городе: как украинские военные убивали людей, а потом на тросах тянули их за машиной. Делалось это специально для иностранных журналистов, чтобы потом обвинить в таких вещах российских военных.

Всё, что сейчас происходит, — результат 2014 года, когда олигархи на Украине начали делить власть. После этого стали Донецк бомбить. В Мариуполе военные базы сделали.

Россия предлагала оставить в покое Донбасс. Но Зеленский не захотел. Его сейчас весь Мариуполь ненавидит. Сегодня видел по телевизору, как люди благодарили Россию за поддержку. Это правда, люди благодарны.

Об обстрелах и разбитых колодцах

— То, что показывает российское телевидение, — правда. Представители украинской стороны сами говорили, что они смертники, что им терять нечего и что они будут убивать всех, кто решится на улицу выйти. Нас не выпускали даже по воду сходить.

Я не наговариваю на Украину. Нет. Я рассказывают о том, что я видел своими глазами…

Украинские военные кричали, что, если мы попытаемся выйти из города, они будут стрелять на поражение. По домам палили специально. Разбивали колодцы и вообще делали всё, чтобы мы оставались в зданиях, чтобы некуда было идти.

Приходилось прятаться в подвалах.

При мне в дом учителя, который раньше работал у нас в интернате, попал снаряд. Стёкла выбило… И наш учитель просто встал и вдруг пошёл куда глаза глядят. Никто не знает, что с ним стало.

О ранении

— Меня ранили военные ВСУ, когда я за водой пошёл. Пуля попала в ногу. Нас несколько мужчин было. Собрались. Вышли с канистрами и бутылками. Вперёд шли — всё было нормально. А назад возвращались — попали под обстрел. Я упал. Даже сразу не понял, что произошло.

Я прополз большое расстояние, потом потерял сознание. Меня забрали люди с соседней улицы. Ногу перемотали жгутом, обработали рану. Через день меня забрали представители ДНР.

О том, как узнал, что едет в Киров

— Мне сказали, что мы едем в Киров. Про ваш город до этого я никогда раньше не слышал. Дальше Украины вообще не выезжал. Очень благодарен ДНРовцам и России, что помогли и приняли.

ДНРовцы, в отличие от ВСУ, не прикрывались, как украинцы нами. Они стариков и женщин с детьми, наоборот, вытаскивали из-под балок, чтобы в безопасное место увезти.

О том, как встретили кировчане

— В Кирове хорошо. Спокойно. Психика стала успокаиваться. Но всё равно — смотришь новости и — слёзы на глазах. Больно на душе.

Если останусь в Кирове ещё на какое-то время — работать пойду. Как только рана зарастёт, буду работать. Пока затягивается, но тяжело. Кость повреждена, врачи не могут гипс наложить, потому что рана не зажила ещё. Перевязки делают. Всё время на уколах. Таблетки дают. Одели и обули, слава Богу.

О возвращении в Мариуполь

— Конечно, я хотел бы вернуться в Мариуполь. Обязательно сделаю это, когда по городу пройдут сапёры. Украинские военные минировали всё перед тем, как уйти.

Хочу, чтобы в городе оставалась ДНРовская власть, чтобы Россия не уходила — тогда будет мир.

Читайте наши новости первыми - добавьте «Кировская правда» в любимые источники.